Подруга помогает с ребёнком каждую неделю
У меня подруга с садика. Мы вместе росли, вместе пережили всю эту юность с её драмами, потом она вышла замуж, я вышла, развелись, снова замуж, я нет. В общем, жизнь раскидала, но мы как-то держались рядом. Когда я родила, она сразу сказала — буду крестной. Я даже не ожидала, думала, откажется, у неё же трое детей и работа такая, что она в девять вечера только домой приползает. Но нет, стала крестной и каждую неделю приезжает. Просто приезжает и помогает. С ребёнком посидит, мне даст выдохнуть, борщ сварит, потому что я иногда забываю, что люди вообще едят.
И меня это бесит. Серьёзно, я это пишу и понимаю, как по-скотски звучит, но меня бесит. Потому что я ей завидую. Я завидую, что у неё получается быть нормальной матерью, нормальной подругой, нормальным человеком. Я смотрю на неё и вижу, какая я на её фоне никакая. Она усталая, но улыбается, она выжатая, но всё равно тащится ко мне через весь город. А я сижу и думаю — зачем мне это, почему я сама так не могу. У меня один ребёнок, и я уже еле живая. Она с тремя справляется и ещё на меня время находит.
Я ей об этом не говорю. Конечно не говорю. Она думает, я просто рада, что она приезжает. А я рада, да, но внутри это всё скребёт так, что иногда хочется орать.
И меня это бесит. Серьёзно, я это пишу и понимаю, как по-скотски звучит, но меня бесит. Потому что я ей завидую. Я завидую, что у неё получается быть нормальной матерью, нормальной подругой, нормальным человеком. Я смотрю на неё и вижу, какая я на её фоне никакая. Она усталая, но улыбается, она выжатая, но всё равно тащится ко мне через весь город. А я сижу и думаю — зачем мне это, почему я сама так не могу. У меня один ребёнок, и я уже еле живая. Она с тремя справляется и ещё на меня время находит.
Я ей об этом не говорю. Конечно не говорю. Она думает, я просто рада, что она приезжает. А я рада, да, но внутри это всё скребёт так, что иногда хочется орать.