Чаевых хватило только на проездной и гречку
Мне было девятнадцать, когда я впервые в жизни надела фартук официантки. Не по приколу, не на лето после школы — просто потому что мама одна тянула нас с младшей, а просить у отца я себе зареклась. Он-то давал, но потом при встрече считал каждую потраченную мной копейку и вздыхал так, будто я эти деньги в канализацию смывала. Стыднее было просить, чем не есть.
Взяла смены в кафе возле универа. График — вечером после пар, плюс выходные. Думала, за месяц хоть немного в плюс выйду. Реальность оказалась жёстче. Первую зарплату получила — маленькая такая, на карточку капнуло. А чаевых за весь месяц набралось ровно три тысячи с копейками. Три тысячи, Карл. Из них проездной на метро и автобус — 2700. И пачка гречки. Самая дешёвая, в синей упаковке. Я варила её и ела три дня подряд, пока не пришла следующая авансовая зарплата. Без масла, без соли даже.
Знаете, что самое обидное? Я училась на бюджете, красный диплом мне светит, я не прогуливала, не пила, не шлялась. Просто в какой-то момент папа решил, что я уже взрослая и должна сама. А мама — она бы помогла, но у неё реально не было. И вот ты стоишь с подносом, улыбаешься посетителям, а внутри одна мысль: дотянуть бы до аванса. И так четыре года.
Взяла смены в кафе возле универа. График — вечером после пар, плюс выходные. Думала, за месяц хоть немного в плюс выйду. Реальность оказалась жёстче. Первую зарплату получила — маленькая такая, на карточку капнуло. А чаевых за весь месяц набралось ровно три тысячи с копейками. Три тысячи, Карл. Из них проездной на метро и автобус — 2700. И пачка гречки. Самая дешёвая, в синей упаковке. Я варила её и ела три дня подряд, пока не пришла следующая авансовая зарплата. Без масла, без соли даже.
Знаете, что самое обидное? Я училась на бюджете, красный диплом мне светит, я не прогуливала, не пила, не шлялась. Просто в какой-то момент папа решил, что я уже взрослая и должна сама. А мама — она бы помогла, но у неё реально не было. И вот ты стоишь с подносом, улыбаешься посетителям, а внутри одна мысль: дотянуть бы до аванса. И так четыре года.